Под детские крики и непрерывное "тутуканье" клаксона машина въезжала на хутор.
Все хуторяне тоже приходили к Мотриному двору встречать своего ученого земляка, потому что все его любили и уважали. Кузьма был простой, сердечный человечище, носа не задирал, а был таким, каким и положено быть умному, настоящему человеку.
Отдыхал на хуторе профессор оригинально: он всё время играл с детьми.
Чего только он не придумывал для детей. Он поорганизовывал из них разные спортивные "команды": и футбольную, и волейбольную, и легкоатлетическую. Был у него и хор из детей, и танцоры, и декламаторы. Он ходил с детворой по лесам, по лугам, по полям и всё им рассказывал, что сам знал: и про лес, и про поле, и про речку, и про луг… Он знал множество сказок и рассказывал их детям… Он рассказывал детям и об истории родного хутора, области, края, и обо всём-всём…
И если бы кому сказать, что по своей специальности Кузьма был профессором политехнического института, где читал лекции о доменных печах, — никто бы не поверил.
Случается такое на белом свете: окончит человек пединститут, выходит специалистом дошкольного воспитания, воспитывает детей, а как увидит ребенка, так его всего изнутри выворачивает, и в руках у него будто не детская игрушка, а острый кинжал.
А тут вам специалист-доменщик — и детские сказки, песни, танцы, забавы, и безграничная, нежная любовь к детям… Бывает…
Каждое утро, как только профессор выходил из хаты, на воротах, под воротами, на плетне и под плетнем его уже ждала детвора.
— Доброе утро! — кричали они хором.
— Здравствуйте, орлята! — отвечал Кузьма.
У профессора был старый, тихий по характеру пес, помесь пуделя с сеттером. Звали его Карай. Детвора очень любила играть с собакой, но до того ему надоедала, что он убегал от детей и прятался или в хате, или залезал далеко под крыльцо.
Тогда начиналось:
— Дядька! Натравите Карая! Ну, натравите, разве вам жалко?!
Профессор сначала отмахивался от детворы, а потом таки сдавался и звал пса:
— А ну, Карай, возьми их! — командовал Кузьма.
Пес слушался хозяина. Он нехотя лаял и бросался на детей. Детвора с криком врассыпную. Профессор "травил":
— Возьми их, Карай, возьми!
Карай догонял какого-нибудь в длинной рубашечке, хватал зубами за рубашку и тянул к хате.
Детвора возвращалась освобождать товарища от Карая, и начиналась "мала куча": собака тянет к себе, дети с криком к себе… Шума, хохота полным-полно во дворе.
Кончалось всё это тем, что в зубах у Карая оставался подол от рубашки, и профессор потом брал у сестры кусок полотна, относил матери пострадавшего и тем самым предупреждал очередную экзекуцию деркачом:
— Где я на вас тех рубашек нашьюсь, скажи, а?!
Но любимее игры для детей не было, и каждое утро звучало возле Мотриных ворот умоляющее:
— Натравите, дядечка! Разве вам жалко?!
5
Дядя Кузьма увлекался спортом. Он в свое время был неабияким центром нападения в институтской студенческой футбольной команде, любил он и легкую атлетику: хорошо бегал, прыгал, и в прыжках в высоту, будучи на пятом курсе института, имел первый разряд.
Он присматривался к своему племяннику Андрейку и видел, что, если мальчику помочь, если его направить на правильный путь, из него "могут быть люди".
И правда, Андрейка никто из ровесников не мог обогнать.
Бегут ли мальчишки от "почтового ящика до свинарника" или "от бузины до колодца", Андрейка никто обогнать не может, всегда он прибегал первым.
Профессор взялся за мальца.
Бузина, колодец и свинарник с почтовым ящиком были ликвидированы, а вместо них дядя Кузьма правильно намерил сто- и двухсотметровки, отобрал более прытких мальчишек и начал систематически их тренировать.
Ну, разумеется, что эти метровки брали не только отобранные Кузьмой мальчишки, а брала их вся детская хуторская община. Брала с шумом, улюлюканьем, криком, а всё-таки брала.
Старательнее всего бегали дети, когда в этих "соревнованиях" участвовал и Карай. Матери тогда и обедать не могли загнать бегунов.
Проработав с ребятами лето, профессор посетил директора семилетки, поговорил с ним о способных школьниках-физкультурниках и посоветовал не прекращать тренировки с ними и зимой.
— Способные, очень способные мальчишки! — говорил Кузьма директору школы. — Особенно Андрейко! Грех не развить у них эти способности! Могут вырасти хорошими легкоатлетами-бегунами. А из Андрейка может чемпион вырасти!
Директор обещал поговорить со школьным физоргом и проследить за работой со способными школьниками.
Тренировались ребята под присмотром Кузьмы целое лето.
…Проходило лето, уезжал в Киев профессор с женой, а на другой день уже дети начинали высчитывать, скоро ли наступит новое лето, когда дядя Кузьма снова приедет на хутор.
6
Как-то осенью во время спортивных соревнований на столичном стадионе после забега на сто метров раздались громкие аплодисменты: студент физкультурного института Андрей N поставил новый республиканский рекорд и выполнил норму мастера спорта.
Многие знали, что студент Андрей N — племянник профессора; знали, что профессор очень следил за его развитием, и все поздравляли профессора с такими блестящими успехами его племянника.
Профессор улыбался:
— Не меня вы, товарищи, поздравляйте! Не во мне сила! Пошлите поздравительную телеграмму на хутор Вольный дедову Маркову свинарнику, Омельковой бузине и бригадирскому колодцу. От них всё началось!
От Омельковой бузины до бригадирского колодца!
НЕ ВЗДОХНЕТ, КАК НЕ СОВРЕТ
1
Когда в колхозе получили сведения о том, что к ним едет ответственный работник из области, руководство колхоза не очень взволновалось.
Председательствовал в том колхозе смекалистый председатель, который сразу уверенно и категорически заявил:
— Выкрутимся! Вы только, — обратился председатель к членам правления, — не лезьте поперед батьки! На все вопросы отвечать буду я сам!
— Интересно знать, чего он едет? — сокрушался завхоз.
— Чего? Чего? Что ты, не знаешь, чего к нам из области или из центра ездят?! Перед весной — готовы ли мы к весеннему севу? Летом — их уборочная беспокоит! Осенью — корма для скота! Знаем чего!
— А если культпросветработой поинтересуется? — испуганно спросил секретарь парторганизации.
— Да где ты видел, чтобы культпросветработой интересовались?! — успокоил его председатель правления.
— А помните, три года назад начальник областного управления сельского хозяйства клубом поинтересовался, а у нас как раз в клубе телята были изолированы?! Такой переполох устроил…
— Так его тогда хотели главным агрономом нашей МТС назначить, он примерялся, подходит ли клуб под его квартиру.
— Да оно береженого и бог бережет!
— Это — правильно! Вот что! Ты на всякий случай спрячься: мы скажем, что выехал в соседний колхоз договор на соцсоревнование проверять!
— Ну, да чего же таки он едет? — не унимался завхоз.
— Чего едет? Чего едет? Чего надо, того и едет! Не скули! По местам! И — молчок! Выкрутимся! — скомандовал председатель.
2
Представитель из области прежде всего поинтересовался семенными фондами.
— Сколько, — спросил он, — кукурузы вы сеяли в прошлом году?
— Триста! — буркнул председатель.
— Сколько, сколько?! — переспросил представитель.
— Двести! — выпалил председатель.
— Так триста или двести? — не отставал представитель.
— Двести тридцать! — не моргнув глазом, рубанул председатель.
— Да что такое? — начал уже сердиться представитель. — Что, вы не знаете, сколько вы сеяли в прошлом году кукурузы?!
— Как не знаем?! Да у нас всё по плану расписано! И по севооборотам! Мы взяли обязательство план выполнить и перевыполнить! Бригада вызвала на соцсоревнование бригаду, звено — звено. Были звенья, которые давали по двести процентов с энтузиазмом! План мы перевыполнили с честью! Запланировали посеять триста гектаров в сжатые сроки на высоком агротехническом уровне! Посеяли двести тридцать квадратно-гнездовым способом, разница тридцать гектаров, но на достигнутом не останавливаемся! — тараторил председатель.
— Постой! Постой! Значит, вы в прошлом году посеяли кукурузы… — начал было представитель из области.
Председатель его перебил:
— Кукуруза — это сало, мясо, молоко! Молочно-восковой спелости!
— Ну и трудно с вами! — бросил представитель.
— Но мы перед трудностями не пасуем! — перебил его председатель. — Мы хорошо знаем, что только комплекс передовых агротехнических мероприятий, передовой опыт с последними достижениями агрономической науки дадут нам как на сто гектаров пахотной земли, так и на сто гектаров всех угодий! Зябь!
Представитель махнул рукой.
— Где ваши семена? — спросил он.
— Семена? Какие семена? — ощетинился председатель.
— Ну, хотя бы кукурузные! — сказал представитель.
— Кукурузные? Семена — основа всякого урожая, — начал председатель. — Семена следует хранить в соответствующих условиях, перед севом протравливать, заранее проверив их на всхожесть! Кукурузу лучше всего сеять гибридными семенами! Гибридные семена — это гибридные семена, а не гибридные семена, так оно таки не гибридные семена… — забивал баки председатель.
— У вас какие семена? — спросил представитель.
— У нас? — переспросил председатель.
— Ну да, у вас! — подтвердил представитель.
— У нас? У нас… Кукурузные у нас семена!
— Гибридные или не гибридные? — поинтересовался представитель.
— У нас? — переспросил председатель.
— Ну да, у вас! — подтвердил представитель.
— Гибридные семена дают прекрасные урожаи! Посеянные квадратно-гнездовым способом, с дальнейшим рыхлением вдоль и поперек, так оно… — катил председатель.
— А можно посмотреть? — перебил представитель.
— Что? — переспросил председатель.
— Семена! — ответил представитель.
— А какими семенами вы интересуетесь? — спросил председатель.
— Кукурузными! — ответил представитель.
— Гибридными или не гибридными? — спросил председатель.
— Какие есть! — ответил представитель.
— Нет… — сказал и сразу осекся председатель.
— Как нет! Вы же говорили… — удивился представитель.
— Я говорю, что здесь нет! Близко нет! Оно у нас хранится в четвертой бригаде, а бригада далеко, километров… — заторопился председатель.
— Ничего, поедем! — поднялся представитель.
— Не поедем! — замотал головой председатель. — Мостик там через речушку разобрали. Чиним как раз! Не пройдет машина!
— Тогда запрягите коней! — приказал представитель.
— Не кованые! А оно, видите, гололедица! Чтобы не разъехались. Кони горячие! Кукурузные кони! Молочно-восковой спелости…
Долго смотрел представитель на смекалистого председателя колхоза, а потом еще дольше записывал что-то себе в блокнот…
3
Но больше всего и мороки, и страха испытал председатель, когда дело коснулось откорма свиней на мясо.
— Как у вас с поголовьем свиней? — спросил представитель.
Председатель колхоза начал весело и без остановки:
— План поголовья свиней у нас выполнен и перевыполнен.