А что с ним будет, если ему молочно-восковой кукурузы дать?! Прикончит он меня, Гамлет, истинное слово, прикончит! Не бык, а аспид! Тигр! Пррриймись!
Свинарка Катя прибежала в правление колхоза с радостным криком:
— Волга опоросилась! Аж семнадцать! 11 свинок, 6 кабанчиков! Это она услышала, что у нас 600 га кукурузы!.. На кукурузную дерть — поддала! Уррра!
Настроение у колхозников повеселело. Птичница баба Вустя, глядя кур, которая с яйцом, вдруг запела:
Сватай меня, серденько, выйду я…
Дед-быкознаток подслушал и ехидно спросил:
— А на какое кладбище сватов засылать? Смотри — запела?! Не быть бабе девкой, — не скрипи деркачом! Деркач — не соловей!
Баба смутилась, выпустила курицу, схватила петуха и, вскрикнув: "Смотри, и этот с яйцом!", — сплюнула и перекрестилась.
2
Сажали кукурузу квадратно-гнездовым способом. По зяби. Вовремя закрыли влагу, провели как следует культивацию, старательно на квадраты размаркировали. Квадраты вышли всё равно как в учебнике геометрии. Сажали кукурузосажалками.
Посадили. Легонько вздохнули. На другой день дождь. Майский, обложной, тихий. Под такой дождь в мае спится даже председателям колхозов, даже агрономам. А секретари райкомов начинают улыбаться своим женам, замечают, что их жены еще ничего себе.
Один секретарь райкома под такой майский дождь посмотрел на жену да и говорит:
— Смотри! Да ты у меня вроде блондинка!
— Вот так! Я у тебя двенадцать лет блондинка!
— Разве? А в прошлом году я же сам замечал, как кукуруза в районе погорела, — ты вроде была черная, брюнетка!
— Да это тебе показалось!
— Могло быть! А детки как наши учатся? Здоровы ли они у нас? Сколько это Андрейке? Ага… припомнил! Он тогда родился, когда меня за свеклу песочили! Тем летом совсем дождей не было…
…Великое дело дождь в мае… Кукуруза взошла.
3
Теперь, как вы знаете, бумаги не в почете. Бумажный бюрократизм изживаем. Теперь телефоны. А телефонный бюрократизм — это же не бумажный, а телефонный. Это — не умер, а это — задавило.
Ну вот, значит, так.
Из области — в район:
— Как с кукурузой? Немедленно под вашу личную ответственность, срочно, молнией, исполнение в ноль-ноль — сколько посадили, как взошла, какой процент не взошел.
Из района в МТС:
— Как с кукурузой? Немедленно и т. д…
Из МТС председателю колхоза:
— Как с кукурузой? И т. д. …
Председатель колхоза к бригадиру:
— Как с кукурузой? И т. д.
Бригадир к Петьке:
— Петька! Катай к тетке Параске на поле, спроси, как там оно, сколько процентов не взошло? Да одним духом.
— Дайте коня, дядя! Я — верхом!
— Коня ему? А верхом на хворостину, да галопом мне! Конфету куплю!
— Э, купите! В тот раз, как аж за могилу бегал, говорили, что конфет дадите, а дали?
— За все разы в этот раз получишь! Катай! Пошло снизу.
Петька бригадиру:
— Тетка Параска сказали, что взошла!
— Сколько процентов взошло, сказала?
— Сказала!
— Как сказала?
— Тетка Параска нагремели: "А трясца его знает, сколько там тех процентов? Всё взошло! Повылазило тебе: всё, видишь вон, зеленеет!"
Бригадир председателю колхоза:
— Всё взошло! Сто процентов!
Председатель в МТС:
— Всхожесть сто процентов!
МТС в район:
— Всхожесть сто процентов!
Район в область:
— Всхожесть сто процентов! Доложите Петру Петровичу, что в этом году район не подкачает!
Область в центр. И т. д. …
Через некоторое время телефон сверху вниз:
— Прорвали? Снизу вверх:
— Прорвали! Оставили по два растения в гнезде!
Сверху вниз:
— Разрыхлили? Вдоль и поперек?
Снизу вверх:
— Разрыхлили! И вдоль и поперек!
Правда, тетка Параска громыхнула Петьке: "Скажи, что не только вдоль и поперек, а еще и наискось разрыхлили! И доколе ты меня, харцыз, мучить будешь?"
— Да это разве я? Это — дядька бригадир требуют! Но этого в телефонограмму не вставили.
4
Осенью, когда собрали кукурузу, вышло… по восемь центнеров с гектара…
Тогда сверху вниз гром:
— Что? Как? Каким образом?! Почему?
К Параске:
— Да ты же говорила, что сто процентов?!
— А я знаю, сколько тех процентов?! Зеленело!
— Да по ямкам же видно, что минимум тридцать процентов пустые. Не всходила в них кукуруза!
— А я знаю?! Зеленело вроде хорошо!
Осенью доярка говорила корове Троянде:
— И эту зиму, Трояндочка, насчет кукурузы туговато! Ну, может, на тот год! Не грусти, голубочка! Мне тоже не легче…
Свинарка Катя всхлипывала в кулак:
— Продали, Волга, твоих поросяток! Что поделаешь — кормов маловато!
И только дед-быкознаток не очень грустил.
— Примися, дьявол! — громыхал он на быка. — Поживу еще я возле тебя! Не задавишь, потому что и эту зиму на ржаной сечке…
А один секретарь райкома говорил жене:
— Черная ты какая-то! Ты же блондинка вроде у меня?!
Жена махнула рукой:
— А уже какая есть, такая и есть. Вон уже и Вася в школу пошел.
— Разве? — удивился секретарь.
ГИБЕЛЬ КАРЬЕРЫ
Вот уже я вам не скажу, где именно случилось это страшное событие: то ли на Кировоградщине, то ли на Винниччине…
Кое-кто доказывает, что это было на Киевщине, кое-кто — что на Черкасщине, а один газетный корреспондент уверенно заявил:
— Да что вы говорите? Я хорошо знаю, что это было на Херсонщине, я еще сам хотел писать об этом…
Да это не так уж важно, где именно это случилось, — плохо то, что такое необычное событие могло случиться. Какое происшествие?
Долгоносик поел четыре или пять карьер.
Не к а р ь е р о в — открытых разработок полезных ископаемых, а к а р ь е р — успешного продвижения вперед в области, в данном случае, служебной деятельности.
И такая злая личина эти карьеры уничтожила, что даже рожек да ножек от них не осталось, а остались от двух только чепчики, от одной — голубой бант, от какой-то — пудреница и губная помада…
Одним словом, пожрал долгоносик те карьеры до цурки!
Карьера — это работа человека, его общественная совесть. Эта работа, эта совесть проверяется сейчас, — когда речь идет о людях сельскохозяйственного, агрономического труда, — участием в борьбе за урожай.
Карьеры, о которых мы рассказываем, такого экзамена не выдержали.
Посеяв сахарную свеклу и кукурузу, шефы тех карьер полегли немного передохнуть, а карьеры свои погулять отпустили.
— Пойдите, — говорят, — пройдитесь немного, проветритесь, на пруду искупайтесь!..
Вот лежат себе карьеры под вербой над прудом, в одних купальных костюмах…
Уже они покупались, поплавали, водичкой поплескались, лежат, на солнце греются, сохнут…
А долгоносик, уничтожив в одном колхозе свеклу, перелезал во второй колхоз да и увидел возле пруда карьеры…
С дороги проголодавшийся, вообще ненасытный, лютым тигром накинулся он на карьеры…
Та карьера, что лежала первой от дороги, только и вскрикнула:
— Мамочка! Мамунечка! — упала без памяти. Летят с нее резинки, пуговицы, банты, болтаются бретельки, — и только шелест идет.
Одну карьеру доедают, а другую за руки да за ноги держат.
Только одна и вырвалась, оставив в челюстях у долгоносика модельные босоножки.
Эта карьера умела плавать, бросилась в пруд, нырнула и стилем "баттерфляй" махнула на тот берег…
— Окружить пруд! — скомандовал самый старший из долгоносиков. — Вылезет из воды, никуда не денется…
Мы не будем описывать тяжких страданий последней карьеры в пруду: она и мерзла — нежная кожа ее походила не на гусиную, а на гусакову, — она захлебывалась, посинела и стучала зубами, как стучит машинистка-стенографистка во время расшифровки и перепечатки речи известного энтомолога на конференции по борьбе с вредителями сельскохозяйственных растений.
За время пребывания в воде она вспомнила всю жизнь — и свою, и своих подруг.
Она вспомнила, как родилась. Нежная-нежная, как подснежник, с какими-то еще не совсем ясными мечтами, желаниями… Потом начала расти, становиться рельефнее, приобретать определенные формы. Прояснились у нее уже и пути роста. Зародившись у молодого колхозного агронома, она в последнее время пребывала уже в лице главного агронома известной МТС… Мерещилась фигура начальника областного сельскохозяйственного управления…
А дальше, дальше…
Жутко было думать… Кабинет министерства… Аж вскрикнула: "Ох, не ррраздражайте грудь мою больную…"
Жутко, но как сладко-приятно мечтать!
Она возмущалась тем, что ее шеф махнул рукой на борьбу с долгоносиком, пустил дело на самотек…
И вот последствия!
Погибли свеклы, погибли ее подруги, чья судьба так похожа на ее собственную…
И вот теперь она тоже должна погибнуть…
Спасения нет, долгоносик стеной окружил пруд, ожидая, когда она выйдет из воды.
— Так не будет же по-твоему, долгонос! — вскрикнула карьера.
Нырнула и не вынырнула… Утонула…
Вытащили тело карьерное из пруда только через три дня.
Похоронили утонувшую карьеру вместе с останками ее верных подруг: с двумя чепчиками, голубым бантом, пудреницей и губной помадой.
Похороны были очень скромные. Музыки не было.
Только подыгрывал на гребенке завхуд местного клуба, потому что председатель колхоза еще перед весенним севом заявил:
— Как услышу во время весеннего сева баян, я из тебя самого гармонию сделаю. Еще и клапаны поставлю! Так и знай!
Одну-единственную речь произнесла карьера главного агронома из соседней МТС. Да это была не речь, а похоронное причитание:
— Ой подружечки любенькие! Да вы же мои дорогенькие! Да вы же мои дорогенькие, да вы же мои еще и миленькие! Да на кого же вы меня, сиротку, оставляете?! Да на кого же вы меня да еще и покидаете?! Да чего же я вам да не присоветовала, как сама делала… Да прятались бы вы, как и я, от того долгоносика по ловчим ямкам да по направляющим канавам. Да перескакивали бы вы так, как я, с ручного опрыскивателя да на конный, а с конного да на тракторный! Да всё бы, подружечки мои, с гексахлораааном! Да окружили бы вы себя школьниками и школьницами с бутылками да с банками… Да собирали бы того долгоносика по карбованцу за килограмм! А потом по курятникам выездным бы прятались… И были бы вы теперь живенькие да еще и здоровенькие! Прощайте, мои родненькие, прощайте, мои дорогенькие! Земля вам пу…
Не могла, бедняжка, выговорить всего слова "пухом", — разрыдалась…
Так и пошли погибшие карьеры в могилу с чудным пожеланием:
— Земля вам пу…!
Ничего не поделаешь: "пу", так и "пу", — так и будет! Пооставались их шефы сиротами. Есть, однако, надежда, что скоро им дадут по строгачу, — всё-таки в паре как-то веселее.
* * *
Заканчивая этот печальный рассказ, автор его не может с глубоким грустью не произнести:
Нет ничего печальнее на свете,
Чем долгоносик съест сахарную свеклу!
Хоть нет рифмы, зато есть правда!
ЗВОНАРИ
I
Дррр! (Пауза).