И бесплатно. А парни все в хромовых сапогах, голенища отвернуты, штаны в напуск, а на всех карманах и везде-везде-везде вместо пуговиц "молнии, молнии, молнии"… И все на танцы на новых гоночных велосипедах приезжать будут… И парни, и девушки…
Так разве же удержишься?
Вот и начала кое-кто из молодежи о рае да об аде задумываться, в церковь начали учащать, говеть, венчаться и т. д. и т. п.
А один из комсомольцев решил не только сам себе добыть "спасение души", но и других спасать: решил пойти в священники.
Пришел в райком комсомола да и говорит:
— Исключите меня из комсомола!
Секретарь райкома не успел даже спросить его о причине такой просьбы, а он:
— Я поступил в Одесскую духовную семинарию!
Было это два года назад, а теперь тот бывший комсомолец у себя же на селе проходит "практику", кадилом размахивает.
А один пастух, так тот и без духовного образования чудес натворил.
Возле села есть там небольшая балка. Пастух там пас скот. Пас, пас да и уснул. Выспался, проснулся, пригнал домой скот да и начал рассказывать:
— Уснул я, когда скот пас там, в балке. И вот приходит во сне ко мне с неба сам Иисус Христос да и говорит: "Видишь, вода в балке есть, а креста до сих пор не поставили!"
Через некоторое время в той балке вырос целый лес крестов, несли "православные" и ставили.
Потом узнали "верующие", что это научил пастуха местный священник про такой сон рассказывать.
Кому-кому, а батюшке зимой было тепло: немало дров в балку понаносили "верующие".
Вот такие чудеса на свете бывают.
Это же еще только пять лет клуб строится.
А если он будет строиться еще двадцать, и колхозники не будут иметь возможности ни лекцию против религиозного дурмана послушать, ни кино посмотреть, ни весело и культурно провести в клубе свой отдых, организовать спектакль, хоровой кружок и т. д., — еще не такие чудеса будут…
Так можно и до шаманства дойти: надеть на себя козью или козлиную голову, схватить в руки бубен и завертеться-завихриться в дико-безумном танце, пока пена изо рта клочьями не закапает.
От нечего делать да от скуки чего только не натворишь?
2
Или еще такие факты.
В селе Осадьковцы Купянского района на Харьковщине в клубе кудахчут курочки с петушками. В том клубе было размещено три тысячи цыплят. Цыплятки, спасибо им, уже повырастали, уже несутся, петушки кукарекают.
Культурные куры получились, — в клубе же выросли!
Может, глядишь, кто-то по старой привычке им и лекцию прочитает то ли об атомной энергии, то ли о происхождении мира…
В колхозе им. Калинина Корнинского района на Житомирщине завклубом, он же и секретарь сельской комсомольской организации, т. Джунь на рождественские праздники запер клуб и записал в дневнике, который ведется в клубе: "Клуб закрыт по приказу председателя сельского Совета по причине религиозного праздника".
В селе Сушанка того же Корнинского района на Маковея посреди села возле сельского Совета и правления колхоза был поставлен "маковей", и возле него целый день гуляли, танцевали, пели. Кто руководил этим "праздником"? Ну, ясно кто: церковники.
На хуторе Долгие Поля Чаповецкого района на Житомирщине в клубе сложен хмель.
Скажите, пожалуйста, что должна делать молодежь, когда в клубе или куры, или хмель, или, как это часто-густо бывает, в клуб ссыпают зерно, картошку и т. п.?
Молодежь себе ищет развлечения вне клуба. А там ее подстерегают и церковники, и баптисты, и евангелисты, и штундисты, и всякие такие "исты".
Они завлекают их в чистенькие хаты, где пахнет чабрецом и ладаном, говорят им сладенько-сентиментальные вещи о спасении души, поют душещипательные песни о том, как:
Птица воздух наполняла,
Беспрестанно всё летала
И крылами трепетала…
Ну, и ловятся девушки и парни на эти сладко-елейные крючки.
Затуманенные непонятными словами и текстами из святого писания, молодые девушки и парни соглашаются со всем.
Тогда надевают на них белые длинные рубахи, ведут в сопровождении печально-слезливых песен к реке или к пруду и там их погружают в воду. Крестят.
И булькает в воде такая себе девица, что для нее на одну белую рубаху нужен целый сверток полотна, булькает, как маленькая.
А бывает, что и такая "дамочка" в пруду ныряет, что вода через плотину перехлестывает.
Вылезет, фыркнет — и готовая кандидатка в богородицы.
А потом уже сама зыбкие сердца ловит.
И они ловятся.
А куда пойдешь, когда в клубе хмель? Разве что придешь да запоешь:
Где ты, хмель, зиму зимовал, Что и не развивался?
К сожалению, хмель не умеет правильно ответить, чтобы пристыдить всех тех, кто за клубную работу отвечает:
Ночевал я в клубе, В клубе, на сцене.
А в конце чтобы взял да и вывел:
Как же вааам не стыдно?
РРРАЗ!
В селе Пирогове есть колхоз.
Старые люди в том колхозе уже не припоминают, когда именно там начали было строить свинарник.
— Было это, — говорят старые люди, — если память не обманывает, еще тогда, как родилась Орыся, моя внучка, а то, может, и раньше. Орыся, моя внучка, вот и семилетку уже закончила, собирается замуж идти, а свинарник… Да пусть лучше дед Павел расскажет, они постарше, им виднее, потому что они ближе к свинарнику живут… Расскажите, дед Павел, когда у нас взялись тот свинарник строить…
Дед Павел задумывается, попыхивает трубкой, припоминает…
— Когда свинарник начали строить? Да не так и давно! Уже при революции… Так, так, при революции… Уже как колхозы пошли, так начались среди колхозников разговоры, что, мол, неплохо было бы свинарник для колхозных свиней построить… Кто тогда у нас председателем колхоза был, я уже не припомню… Припоминаю только, что на общем собрании тот председатель ударил по столу кулаком и остро сказал: "Да я вам тот свинарник — раз-раз! — и свинарник!" После того председателя еще были председатели, и все они на собраниях говорили еще острее: "Да я вам тот свинарник!! Да о чем там говорить?!"
— Ну, а дальше же, дед Павел, как дело было?
— Да как? Так и было. Настал уже 1952 год, председателем колхоза тогда у нас был Олекса Григорьевич. Очень сурьезный председатель был! Как ударил кулаком по столу да как крикнул: "Да я, товарищи колхозники, вам тот свинарник — да в одно мгновение! Ррраз — и свинарник!"
— Ну, и что, дед?
— Ну, настал, значит, 1953 год. Председателем колхоза тогда у нас был Иван Дмитриевич. Ох и сурьезный же человек Иван Дмитриевич! Как ударил он кулаком по столу да как крикнул: "Свинарник?! Да мне труднее, может, полтораста граммов проглотить, чем тот свинарник построить! Да я как возьмусь, как возьмусь…"
— Ну и как: взялся или не взялся?
— Да он было и взялся, уже даже возле свинарника походил немного, да, видите, настал уже 1954 год, и председателем у нас в колхозе избран был Иван Евдокимович…
— Ну, а Иван Евдокимович как?
— Иван Евдокимович очень сурьезный председатель! Он как ударил кулаком по столу да как загремит: "Свинарник? Да тот мне свинарник, может, как семечки! Ррраз!"
— И что же — вышло? Есть свинарник?
— Нет!
— А почему нет?
— Да, видите, оно каждый председатель, который бил по столу кулаком да кричал — "ррраз!" — каждый мог бы построить, так ведь надо же для стройки кирпич, нужен лес…
— А разве кирпича нет?
— Да и кирпичный завод рядом, тут же в Пирогове, и наряды на кирпич есть, и лесной участок для строительства отведен, так ведь надо, чтобы кто-то тот кирпич привез, чтобы кто-то заготовил! Языком ррразкать каждый может, а надо не языком ррразкать, а дело делать!
— Так будет свинарник или не будет?
— Поживем — увидим! Может же, таки найдется председатель, который не ррразкать будет, а работать!
— Ну, а свиньи же как?
— Свиньи? Свиньи не ррразкают, а мерзнут. Мерзнут да хрюкают! Сердито хрюкают.
ГИПЕРБОЛИЗАТОРЫ
Вот уже я вам и не докажу, где это именно случилось, то ли на Волыни, то ли возле Волыни, то ли к западу от Волыни… Так всё-таки, кажется, на Волыни.
Поднимали там в одном районе сельское хозяйство.
Поднимали круто. Комплексно поднимали.
Что такое комплексно?
Ну, это, разумеется, значит, поднимали так, чтобы оно всё вот так и пошло-пошло-пошло вверх, всё целиком, всеми своими отраслями…
Не так вот, как говорится: "Сам в нору, тпрути вверх", а чтобы всё вверх, чтобы ничего в нору.
А если конкретно, то это, значит, к примеру, не так, что зерно — вверх, а огородничество — в нору… Молочное хозяйство — вверх, а свиноводство — в нору… Куры с яйцами, а пчелы без меда и т. д. и т. п.
Чтобы везде был достаток и, не краснея, можно было запеть: "Чтобы через край лилось…"
У подавляющего большинства колхозов в том районе хозяйство таки улучшалось, крепло, твердо становилось на ноги, радуя и колхозников, и руководство.
А есть и такие, что… Да лучше послушайте.
Поднимают они то сельское хозяйство да и поднимают дружно, выкрикивая: "Раз, два — взяли!", "Раз, два — взяли!" Пот с них капает, но они не сдаются, и лица у них, сказать, не очень грустные.
Ну, думают, достигли уже достигнутого.
— Стой, хлопцы! Перекур с дремотой!
Перекурили.
Тот из них, который за старшего, и спрашивает:
— Достигнутое схвачено? Остановимся?
— Где вы, товарищ, видели, чтобы мы на достигнутом да останавливались? Да никогда в мире!
Пошли дальше…
В зависимости от обстоятельств они и двигали вперед, и повышали, и обеспечивали, и осваивали, и опирались на достижения, и внедряли опыт.
Несмотря на исключительно неблагоприятные условия погоды, а именно: весной — солнце и холодок, летом — жара, осенью — падали с деревьев листья и моросило, а зимой — шел снег, а то еще, бывает, и ливень польет, громом грохнет, молния блеснет, морозом придавит, — особенно на Крещение, — несмотря на всё это, они мобилизовали все внутренние ресурсы и, вскрывая все изъяны и недостатки, поработали как следует, хорошо, сказать, поработали…
Ну, кажется, они передостигли передостигнутое.
Сидели, перекуривали. Без дремоты.
Настроение у всех приподнятое, прекрасное, в груди что-то распирало, глубоко дышалось, и хотелось петь.
Попев, хотели было идти домой, но радость не пускала, хотелось играть, бороться, кувыркаться.
Кто-то и предложил:
— Давайте, хлопцы, поиграем! Такую работу двинули вперед! Ей-богу, не грех! На радостях чего не захочется?! Да и все же мы свои…
— Давайте! — все согласились.
А один, который самый хитрый, прикинув, как "круто они подняли хозяйство", предложил:
— Когда-то, в молодые годы, мы играли в такую вот игру: "Кто лучше соврет?" Для развития фантазии! Интересно было! Чего только, бывало, не навыдумываем! Давайте поиграем, может, выбрешемся.
Все согласились.
— Только же не за так, не даром чтобы, а кто проиграет, тот покупает… да немного… мы же не на банкете тут собрались… ну, по пол-литра, не больше…
— Что, что! Что ты сказал?!
— Да нет, товарищи, не думайте, что этого… За кого вы меня принимаете?! По пол-литра… Да… смотри, из головы вылетело.
— Не часто, наверное, употребляешь?
— Да нет… Ага… По пол-литра… кефира! О!
— Кефира? Кефира можно!
— Так… Ну, кто первый? Начинай ты, директор!
— А почему я?
— Ты же МТС! А механизация вперед ведет! Ври!
— Как мне, то и мне.