Портянки, значит, есть!.. Патроны есть!.. Сало и колбаса есть!.. Гм-гм... есть... Не мало ли будет?
— Хватит, хватит! — спешит семейство...
— А где же стопка?
— Да вот, за рюкзаком!
— Положи в рюкзак, а то закатится. Ну, всё, кажется. Так я лучше заранее выеду, чтобы не опоздать на поезд.
Вы быстренько одеваетесь, укладываете всё в рюкзак.
— Ну, будьте здоровы! Не скучайте. Дня через два-три я буду!
— А ружьё ты взял?
— Ай, и правда, где же оно?
— Да я им стол подперла, потому что ножка сломалась...
— Да разве ж можно ружьём?!
— А что ему сделается? Хоть какая-то польза от него... А то ведь...
— Ну, хватит, хватит! Будь здорова. Спроси у Екатерины Николаевны, как зайца салом шпиговать, а то потом испортишь... Да купи сала не меньше чем на трёх зайцев.
— На трёх?
— Ну, покупай на пять! Больше пяти я стрелять не буду.
Поехали...
II
Охотятся на зайцев в основном тремя способами: с подъёма, из-под собак-гончих и на засадах.
С подъёма можно охотиться одному и коллективом.
Идёшь себе один то ли по пашне, то ли по озими, то ли по бурьянам и "вытаптываешь" зайца, который, как известно, днём лежит и отдыхает... Вы подходите к его лёжечке, заяц и выскакивает...
Когда охотитесь компанией, то есть коллективом, лучше идти так называемым "котлом", такой будто дугой, чтобы фланги были впереди центра. Заяц как выскочит, например, в центре, так ему уже, кроме как на сковородку, бежать некуда.
— Как же лучше, — спросите, — охотиться: одному или коллективом?
Почти одинаково.
Когда идёте один, то один промахиваетесь, когда идёте коллективом, то промахиваетесь коллективом.
Очень интересно охотиться на зайцев с собаками-гончими.
Когда такие собаки есть, их пускают в лесок или в байрак, они бегут, поднимают зайца и "голосом" его гонят.
Вы становитесь на пути, где должен бежать заяц, и мажете по нему на этом пути.
Но красота заячьей охоты с гончими не только в вашем промахе...
Вы представьте себе, когда целая стая гончих идёт по следу за зайцем, словно какой-то оригинальный, ни в какой филармонии не виданный и не слыханный оркестр. Заливается флейта, трубит с переливами трубач, рычит бас, гудит баритон...
"Сколько жара, сколько страсти в голосах..."
Эх, если бы в наших оркестрах с такой страстью играли оркестранты, — какие бы были симфонии!
Стоишь, слушаешь, сердце тебе грудь рвёт, полыхает у тебя мозг, и ты мажешь, мажешь, мажешь...
На засидки вы выходите, когда уже хорошо стемнеет... Выходите в большом дублёном кожухе. Хозяин вас спрашивает:
— Может бы, и свитку ещё надели?
— Нет, — говорите, — не надо. Не так уж оно и холодно. И ветра нет. Да и первак у вас с воротником. Тёплый первак, я его хорошо подпояшу, не продует.
Засаживаетесь возле огромной колхозной скирды соломы...
Ночь тёмная, бодрая.
На небе, над скирдой, — звёзды, на земле, под скирдой, — зайцы.
Сели, закутались.
— Ну, налетайте, которые тут зайцы есть!
Тихо-тихо...
И вдруг где-то аж из соседнего села:
— "Катила-а-а-ась..."
И тихо.
Ещё плотнее закутываетесь в кожух...
Задумываетесь...
Невольно из груди:
Ой, взойди, взойди, ясный месяц,
Как мельничное колесо...
И снова тихо.
Голова к соломе клонится, клонится, клонится... Под кожухом тепло-тепло...
И на сердце тепло-тепло...
* * *
Вдруг над ухом:
— Доброе утро! Заснули?!
— Здравствуйте! Неужели заснул?!
— А уже и завтрак на столе! Пойдёмте!
— Пойдём.
— А где же ваше ружьё?
— Нету... Смотришь туда-сюда — нет ружья.
— Да то так! Тут у нас не зевай! Выследили, значит, и сцапали. Ну, ничего: может, где-нибудь всплывёт...
— Неприятно! Не говорите хоть никому!
III
Домой вы всё-таки зайца привезли.
— А где же ружьё? — спрашивает семейство.
— Курок немножко закапризничал: отнёс к мастеру. Вечером вы едите зайца, нашпигованного салом. За столом торжественно: первый в этом сезоне заяц.
Трапезу делит с вами и ваш верный товарищ по охоте.
— Будем!
— Будем!
После ужина вы умоляюще смотрите на верного товарища, а он, прощаясь, заплетающимся языком говорит:
— Ты же не забудь завтра занести то, что на зайца занимал.
1945
МЕДВЕДЬ
I
Медведь у нас на Украине, кроме как в зоологических парках, нигде не водится, поэтому не так уж и страшно по нашим лесам вальдшнепа, или зайца, или лисицу охотить.
Были бы медведи, — пришлось бы многим охотникам ружья попродавать, потому что наши охотники люди тихие, смирные и поэтически нежные, а медведь — зверь большой и ревёт: может напугать.
Один мой приятель, очень страстный охотник, когда мы, помню, когда-то получили такую телеграмму аж из Вологодской области — "Обнаружили и обложили аж три медвежьи берлоги зггг приезжайте немедленно..." — долго всматривался в ту телеграмму и говорит:
— Ты как знаешь, а я не поеду... Я — на бекасика люблю, бекасик — птичка смирненькая, — она не ревёт и скальпов с человека не снимает. А медведь — оно очень большое и очень бурое, а снега там много: не убежишь! Не поеду я!
Не поехали мы вдвоём.
Медведи бывают бурые, и серые, и белые...
Бурые — ревут по лесам, начиная с Брянщины..;
Серые называются — "гризли", они, спасибо им, водятся пока далеко.
А белые — те в полярных морях и океанах, и далеко до них ехать, и холодно.
Ну, а всё-таки для каждого охотника убить медведя — это уже такая для него честь и такая ему от этого слава, что хоть теоретически, а хочется.
Вы же сами подумайте: во-первых — прекрасная медвежья ветчина и знаменитое медвежье мясо, а во-вторых — медвежья шкура...
Лежит такой большой-большой да мохнатый медвежий мех у вас в кабинете перед диваном. . Вы сидите на диване, а перед вами приятели сидят.
Вы им говорите:
— Вот этого медведя сам убил!
Приятели ваши, как и вообще в таких случаях все приятели, посмотрят друг на друга, и обязательно кто-нибудь из них кашлянет.
Не обращайте на это "кхе" никакого внимания и расскажите им, как вы сначала, когда медведь выскочил из берлоги, ударили его жакановской пулей, но только ранили, а он, разъярённый, как прыгнет к вам, а вы не растерялись, схватили рогатину, крепко упёрлись в снег и приняли лютого зверя на рогатину, и как у вас рогатина — тресь! — а вы хватаете вторую рогатину и прямо медведю в грудь! И тут вторая рогатина — тресь! Вы тогда за третью! Зверь уже дышит прямо вам в лицо... Третья рогатина...
Но тут жена:
— Пожалуйте, товарищи, к столу! Чайку попьём! А когда вы выйдете из кабинета, ваш ближайший друг говорит вашей жене:
— Спасибо, хозяюшка, что позвали, а то пришлось бы вашему мужу и за четвёртую рогатину хвататься! Чего только не перетерпит человек за правду?!
II
Добрый мой знакомый, товарищ С., хотя сам он и не охотник, рассказал мне очень интересный способ охотиться на медведя.
Сам я никогда до того о таком способе добыть медвежий мех и целую торбу медвежьего мяса не слышал, но способ этот, на мой взгляд, достоин всяческого внимания, тем более что он совсем безопасный, и охотник во всяком случае тут своей жизнью не рискует.
Оказывается, взрослые медведи очень страстные математики.
Вы замечаете место, где медведь охотится или просто кормится, берёте большой лист дикта, пишете на том дикте большими буквами такую математическую формулу:
2Х2=5
Написав эту формулу, берёте молоток и гвоздём прибиваете к ясенку или к дубу на той тропе, где медведь путешествует. Прибивать нужно не слишком высоко и не слишком низко, а так, чтобы медведь эту математическую формулу увидел.
Прибивать лучше в полдень, когда медведь отдыхает. А как выйдет он вечером охотиться, чтобы он её уже узрел.
Прибили.
Сразу же бегите домой, запрягайте коня в подводу и езжайте к тому математическому месту. Только не подъезжайте к нему близко, спрячьте коня с подводой где-нибудь в овражке или за скирдой соломы, а сами бегите в лес, залезайте поблизости прибитой формулы на дуб и ждите тихонько.
Вот идёт медведь.
Трещит орешник, падают с него ветки, и вообще шум.
Вы не бойтесь и спокойно себе ждите.
Наткнулся, наконец, медведь на дикт с математической формулой. Опытные в такой охоте на медведя люди рассказывают, что когда он увидит 2Х2 =5, с ним начинает твориться что-то невероятное.
Он то шагнёт назад, всматриваясь в числа, то снова к ним подступит, протирает лапой глаза, смотрит, смотрит и, убедившись, что таки действительно написано 2Х2 =5, хватается лапами за голову и начинает ту голову ломать.
Ломает, ломает, ломает... Вы сидите — и ни звука! Аж вот медвежья голова трескается и ломается.
Вы слезаете с дуба, подходите к медведю, — а он уже мёртвый, упокоился от поломки головы над неверной математической формулой.
Вы бегите за подводой, подъезжайте, наваливайте медведя на телегу, торжественно везите домой. Некоторые охотники, чтобы не выдать секрет этого способа охоты на медведя, потом бьют его кинжалом в сердце.
— Наткнулся, — мол, — в лесу на медведя, он на меня набросился, я не растерялся, схватился с ним в страшной схватке, — и свалил его ударом кинжала прямо в сердце! Вот, смотрите!
И покажет ещё и кинжал в медвежьей крови.
А по-нашему — это нечестно: как добыл, так и рассказывай! Всегда придерживайся старинной охотничьей традиции: говори всегда правду, и только правду!
Ещё раз говорю, что вышеописанного способа охотиться на медведя я не проверял, но все, кто его знает, говорят, что он очень добычливый.
Попробуйте, товарищи охотники!
Дикт не так дорого стоит, а медвежий мех — вещь ценная.
Да и мясо не дешёвое.
III
Ещё был один неплохой способ приобрести медвежий мех, но теперь едва ли можно его осуществить, потому что основательно изменилась в нашей Отчизне жизнь.
Как знаем, в старые, дореволюционные времена цыгане-кочевники ходили по базарам и по ярмаркам и водили за собой прирученных и обученных разным нехитрым штукам медведей:
— А покажи, Миша, как пьяный дядька из корчмы идёт!
— А покажи, Миша, как пьяная баба танцует!
Миша показывает, потому что у Миши в ноздрях железное кольцо, и когда его за то кольцо дёргают, Мише очень больно...
Теперь цыгане медведей у нас не водят. Теперь цыгане культурно по колхозам хозяйничают и талантливо играют на сцене своего цыганского театра в Москве — "Ромэн".
Так вот и случилось такое охотничье в старые времена приключение.
Но пусть за меня о нём расскажет участник того приключения, пусть расскажет так, как он мне когда-то рассказывал...
..."В сентябре месяце дело было, как раз на вторую пречистую.
— Охотились мы с Трофимом Свиридовичем и Семёном Петровичем на вальдшнепов возле Кленовой. А в Кленовой на вторую пречистую огромная каждый год ярмарка съезжалась. Как шли мы через Кленовую, видели под слободой немаленький цыганский табор с конями, возами, медведями и детьми.