Я — теоретик.
ДРУЖЕСКИЕ СОВЕТЫ
Каждый честный и порядочный гражданин советских республик не может равнодушно относиться к разрухе народного хозяйства.
Каждый честный и порядочный гражданин должен так или иначе приложить и свои руки, свой опыт к великому общему делу восстановления нашего народного хозяйства.
Ибо:
1) Благосостояние государства — это благосостояние каждого гражданина в отдельности.
2) Благосостояние каждого отдельного гражданина в сумме дает благосостояние всего государства.
Видите — дело ясное.
Браться только надо, браться гуртом, сообща, коллективно, кучей. "В гурте — сила".
Чтобы каждый проникся желанием помочь — и всё будет ладно.
И тогда сообща, гуртом, коллективно, кучей чихнем на все Гааги, Генуи, Лозанны и т. д., и т. п. Это было как бы предисловие… Дальше уже будет настоящая речь.
Будет несколько советов, практических советов, как всё это делать, исходя из указанного положения, что благосостояние каждого отдельного гражданина дает в сумме и т. д. (см. выше).
Советы больше для специалистов, потому что кому же, как не спецу, браться восстанавливать.
Спец — важная штука, полезная штука, хорошая штука, но не все спецы еще хорошо в нынешних условиях ориентируются, не все знают, с чего и как начинать!
Так вот я им помочь хочу.
К примеру, вот вы спец. Коммерческий спец, который в торговле как у себя дома.
Бах-трах! Трах-бах! И государство одну дырку залатало…
Раз вы такой, не скрывайте своего дара, не прячьте своего таланта.
Станьте на платформу Советской власти и начинайте. Начинать надо так.
Заявив, что вы уже стали на ту платформу, то есть, значит, вам уже вполне всё доверяют, вы предлагаете свои услуги:
— Могу быть коммерческим директором!
— Пожалуйста! У нас вон сколько и паевых, и акционерных… Вас назначают, потому что вам доверяют.
Вы и себе набираете штат сотрудников, которым так же доверяете.
Потому что без доверия не может же быть работы!
А кому вы можете доверять?
Ясно. Людям, которых вы лучше всего знаете!
А каких людей вы лучше всего знаете?
Ясно, своих добрых знакомых или, еще лучше, родственников.
Вы их и назначайте в порученном вам то ли товариществе, то ли тресте, то ли еще в чем-нибудь другом…
Вы тогда будете уверены, что уже никто вас не подведет.
Начинаете вы торговые операции…
Опять-таки с кем вы должны эти операции вести?
Ясно. С людьми, которым вы доверяете…
А кому вы доверяете?
Ясно. Своим старым знакомым или, еще лучше, родственникам, надежным, значит, людям. Вы им и продаете…
Вы уверены, что никакого подвоха не будет.
Ваша жена будет спокойна за вас и за вашу карьеру.
Она тогда не будет нервничать, не будет нервировать вас.
Она спокойно может пойти выбрать котиковое или каракулевое манто и, как человек спокойный, уравновешенный, черт-те чего не купит…
Так же и жены ваших родственников…
Вот уже определенная группа людей будет жить в благосостоянии…
А "благосостояние каждого отдельного гражданина в сумме дает благосостояние всего государства".
А благосостояние государства — это же и есть ваша цель.
Вы ее потихоньку-потихоньку, а достигнете.
ЗА ДЕТЕЙ Племянница у меня есть, Лялька…
Читать вот уже научилась. И страшно любит читать газеты.
Бубликом не корми — дай газету.
Не успеешь домой прийти, мигом тянет из портфеля свежее число, садится важно так и будто какое-то государственное дело решает: серьезно так смакует…
И что бы вы думали?
Испортели газеты мою племянницу.
Дочиталась до того, что теперь всё время ходит и всё:
— Нехорошие, дядя, теперь люди пошли. Злые, дядя, теперь люди пошли… Мучают люди людей…
— Откуда это ты, Ляля? Что случилось?!
— В газетах вон что пишут!
— Что пишут? Где же там такое пишут?
— И вчера пишут… И сегодня пишут… И позавчера пишут…
— Где? Что пишут? Что ты там такое плохое вычитала? Где там люди нехорошие?!
— Нехорошие, дядя, люди!
— Да почему они нехорошие? Что они такого злого делают?
— "Подтягивают" друг друга, а потом "раскачивают"!
— Что ты мелешь? Кто кого "подтягивает"? Кто кого "раскачивает"?
— А вот читайте: "Надо подтянуться!"
— Ну, так что?
— А дальше вон: "Да раскачайтесь же, товарищи! И других раскачайте!" Видите, какие это люди. Подтянут, а потом еще и раскачивают! А как, дядя, это делают? За шею? На веревке? А потом за ноги и качают? А ведь оно больно… И вас, дядя, раскачивают?
— Да это ты не так понимаешь… Никто никого не раскачивает…
— А зачем пишут?
— Да это так, чтобы люди раскачивались, чтобы люди подтягивались! Чтобы люди… Одним словом, чтобы… ну, подтягивались! Раскачивались чтобы… А если сами не хотят, надо их подтянуть и раскачать… Одним словом… Понимаешь?!
— Ну да! Я же и говорю! Злые люди… И меня, когда вырасту, раскачивать и подтягивать будут?.. Я не хочу! Я лучше умру!
— Да никто тебя не будет раскачивать! Смотри, прицепилась! Иди чай пей! Это не про тебя там пишут… Это такие слова есть… Ну и ухватились за те слова и пишут… Нет лучших слов… А они не страшные… Никто никого не подтягивает…
СТРАШИЛИЩЕ
Газет не читаю из-за перегруженности работой и слабого здоровья.
Из письма
Не читаю, знаете… Не читаю… Работы таки немало, а главное — действует как-то нехорошо. Слабею… Придет газета, и так, знаете, иногда хоть просмотреть хочется, а не могу… Ну, не могу — и всё!
Возьмешься — руки дрожат, жар начинается, на глаза слеза набегает. Посинею-посинею и брошу.
А то как-то схватил свежее число, только развернул да: "Оккупация Рур…" — про себя произнес, так оно в правую подмышку, вот так на два пальца в сторону от пупа, как шпигонет! Побледнел весь… Пот с меня льется… Жена уже на живот и бутылку с горячей водой, и уксусом лоб натерла — не берет… Вертит меня мельницей по дивану… Я и этого, я и того… Побежали за врачом. И что бы вы думали? Аппендицит. Газетный аппендицит. Болезнь такая желудочная.
— Не ешьте, — говорит врач, — недели три твердого и очень горячего.
Вот такое было. Да только нежинскими огурцами и спасся. Они, знаете, не очень твердые и не горячие. А то хоть пропадай…
Да если вам всё порассказать, так, ей-право, не поверите.
Однажды лег после обеда отдохнуть (работы же таки сила, сами знаете!), взял себе газетку (рискнул!) и развернул… Как ударило же меня в сон! Да в какой сон! Уже и на заседание бежать надо, а я сплю. Да если бы спал, как люди спят… А то же привиделось! Будто все коммунальные дома да слепились в один такой огромный-огромный. Да будто у того дома 8 1/2 ног… Да подбежал он (дом) ко мне и лезет на меня… Лезет, давит меня и кричит:
— Газета! Газета!
Вскакиваю, а передо мной жена.
— Газета, — говорит, — вокруг шеи обмоталась… Чуть не задушился!
Боюсь газеты! Не читаю…
ТАК И БОРИСЬ!
Самогонку надо уничтожить.
Из газет
Он обыкновенный себе мужичище.
У него шесть десятин земли, две кобыленки, один жеребенок, девятеро кур с петухом, подсвинок, шестеро детей (две дочери на выданье, двое подпарубков, а остальные еще малые — в школу ходят), жена, женина мать и корова. Одним словом — он хозяин.
Продналог сдал, подворно-денежный отдал, на семена оставил.
Пудов с двадцать так что и лишнего…
Опять же таки (у него шестеро же детей!) у него шесть кумовьев, шесть кумушек, две ятровки, шесть сватов, четыре золовки, три свояка, четыре брата, тридцать три племянника и племянницы, двадцать семь соседей (на одном углу живут, ей-богу!), пятнадцать человек очень хороших людей: у того, глядишь, гвоздь, а у того ремень на чрезседельник, а у того еще что-нибудь…
У него храм, Новый год, крещение, сорок святых, мясоед, масленица, заговенье, жилавый понедельник, Явдохи, разговенье, Пасха, вознесение, клечальное воскресенье, зеленые праздники, Параски, Прокопа, Петра, Полупетра, Илька, спаса, первая пречистая, вторая пречистая, Семена, воздвижение, покрова, Андрея, Кузьмы и Демьяна, Михаила, Филиппа, Филипповка, рождество, Меланки.
Это такие, когда обязательно, хоть лопни, а выпей.
Считайте дальше.
Родины, крестины, вводины, помолвка, свадьба, похороны, девятый день, сороковой день, годовщина… Как по-вашему, всё это не требует?!
А корова отелилась, а кобыла жеребенка привела, а свинья опоросилась?
Опять же таки кабана закололи?
Надо или не надо?
А поехать на базар или на ярмарку?
Сапоги нужны?
Нужны!
А обмыть их надо?! Нет?!
Бросьте, пожалуйста, шутить.
Черта лысого они тогда вам носиться будут.
А покупать сапоги, чтобы через месяц пришвы пришивать?
Да на это каких "лимонов" надо, на пришвы!
А колес надо?
А макитру надо?
А спичек надо?
Да вот чтобы без могорыча?..
Безнадежное дело.
С ЦАРЯМИ НЕХОРОШО
В Дании проводится тайный сбор пожертвований для бывшей царицы Марии Федоровны, потому что аграрный банк, где были ее капиталы, прогорел и она осталась ни с чем.
Из телеграмм
Нехорошо с царицей… Нищенствует царица…
"Августейшая", можно сказать, окончательно "задекабрилась". Следует поддержать.
Всякий, который верноподданный, должен лепту дать. Динарий там какой-нибудь или что.
Потому что всё-таки не забывайте, что "кесарево — кесарю".
А если "кесаря" укесарили, значит, "кесаршино — кесарше"!
Надо дать.
Следует поддержать.
А то ведь бедствует.
"Русская государыня" — и без юбки. Да еще на Западе! Просто срам для "русского" народа!
А то бы послали ей каких-нибудь две-три тысячи (1923 г.) и имели бы:
"Пребываю к вам неизменно благосклонная. Собственною ее импер. величества рукою начертано
Мария".
Хорошо…
И реноме бы ее поддержали, и весь Запад по головке нас гладил:
— Вот хорошие люди! Вот как к своей династии!..
А то подумайте-таки, царица и будет писать:
"Мосье Пуанкаре! Не прислали бы вы царице несколько франков на чепчик, а то старый засалился и неудобно верноподданным аудиенции давать.
Пребываю к вам неизменно… Мария"
Просто срам берет, как даже подумаешь!..
Следует поддержать!
Да и вообще нехорошо с нашей династией…
Кирилл пьянствует, у Николая (главнокомандующего), говорят, геморрой от седла, а Митро Павлович в очко день и ночь режет…
А не забывайте, что каждого из них уже раз по пятнадцать на престол выбирали…
Цари, значит, а такое выкомаривают. Неудобно.
Надо им место дать.
Раз уж их в цари выбрали, построить надо им по престолу, поставить где-нибудь в Москве. Лезьте, мол, и правьте!
Дать им рулон бумаги, пусть манифесты пишут… А то сопьются, шеймины цари… По церквам пусть бы их поминали…
А то вот встретил знакомого дьякона, так жалуется…
— Не за кого, — говорит, — и "многие лета" как следует попереть… Раньше бывало как начнешь: "Благочестивейшоооого, самодержавнейшоооогого, великогогогого…" Да как пойдешь, пойдешь, да всё на "о", да на "о", так как допрешь до "лета", да как попрешь "лета", так чувствуешь, что есть что переть, куда переть и про кого переть… Аж окна дребезжат. А теперь разве на одной "богоспасаемой державе" так попрешь?..
Аж заплакал, бедолага.
А то бы себе попирал аж за троих сразу…
И царей бы спасли, да и дьяконам удовольствие…
Надо подумать об этом…
Правду говоря, не только с нашими царями нехорошо…
Неладно, как выясняется, и с турецким султаном.
Телеграммы пишут, что султан в Мекке выбросил Магомета из раки, сам залез в ту Магометову раку и кричит на Кемаль-пашу:
— Ты разрушил Турцию! Протестую! Тоже неладно…
Такая особа, после такого дворца да в Магометовой раке…
Но это уже дело турецкое.