Эльза плачет. Но за то время, пока Лоэнгрин ликвидировал "козни" Ортруды и Фридриха против Эльзы, лебедь, стоя запряженным, вылупил герцога Готфрида, который выскочил из-под лебедя на радость Генриху Птицелову и Эльзе… Лебедь "от родов" умер, но тут с "неба" спустилась проволока и потянула Лоэнгрина домой… Ортруда упала бездыханная…
А потом уже выходили и кланялись публике артисты, дирижер, художники и Альтшулер… Публика кричала: "Браво, браво".
Как исполняли?
Лоэнгрина пел, я же говорю, Сабинин… Первые же два действия ему не давал петь Гринев, в последних двух действиях был у Лоэнгрина… Хорошо.
Генрих Птицелов… Качановский… Почему Генрих? Почему Птицелов? Почему не Собакин, из "Царской невесты"?! Всё равно…
Фридрих… Любченко… Фридрих… Так. Фридрих… Ей-богу, Фридрих!
Эльза — Лебедева… Как бы это вам так сказать? Больше "да", чем "нет"… Голос был, чистый голос был, приятный голос был… Была ли это Эльза? Может… Я лично Эльзу не знаю… знаком с ней не был…
Ортруда… Захарова… Тоже "птицелов"… Каких "птиц" ловила?! Было такое "дело"!.. Ловила…
А всё-таки какая солидарность среди артистов… Сразу после "птицы" уже Эльза и поет:
"Я тебя прощаю…"
Глашатай — Рейзен… Хорошо.
Дирижировал Палицин… Оркестр, как на нас грешных, хороший. Увертюра прекрасная… Но хоры?! Хоры?! Что если бы попробовать дирижировать хорами револьвером или бомбой… Неужели бы не слушались?!
А всё-таки Вагнер, братцы, — Вагнер…
"ГАЛЬКА"
(Государственная опера. 31.I 1924 г. Бенефис М. И. Литвиненко-Вольгемут)
Сюжет у "Гальки" все, наверное, знают…
Старенькая штука, которая всегда бывает новенькой. Галька, крестьянка-гуцулка, панича полюбила… Понятно? Последствия обычные: ребенок. А потом безумие… А панич в костеле венчается… А Галька — в воду!
Было этого у нас много…
Теперь нет. Давайте, значит, чтобы и дальше не было. Дело не в сюжете. Дело в музыке и, самое главное, в исполнении. А тут — браво! И даже брависсимо.
Бенефициантка Гальку пела. И играла. И как пела! И как играла! Такие законченные и сценически, и вокально образы редко когда приходится видеть и слышать. Голос… Он так звучал, он так звенел… Сколько было чарующей силы, сколько красоты. Подъем был, увлечение было. И лились печальные звуки, могучие и свободные, человеческую боль и обиду изливая… Умеет Литвиненко-Вольгемут… Тут уже не подкопаешься.
Винница когда-то прозвала М. И. Литвиненко-Вольгемут соловушкой. Мало! Двадцать соловьев вместе!
И поздравляли же ее! И с адресами, и с цветами, и с аплодисментами, аплодисментами, аплодисментами.
Красный Крест место ей в своей санатории в Крыму для отдыха подарил на лето.
И хорошо. Отдохнет, чтобы потом еще нас чаровать.
Опасный, положим, подарок. А что, если бы какой детский приют надумал поздравлять да пару детишек "приставил"? А?
Шучу, шучу, ей-богу, трогательно.
Йонтек — Козловский. Если есть небо, а на небе ангелы, а те ангелы поют тенорами, то тогда у Козловского "ангельский" голос. Такой он нежный, нежный… Такой он… как флейта… И такая в нем музыкальность… Убаюкивает своим голосом… Силы в нем, правда, немного. Но это не портит. И играет Козловский прекрасно. Умеет на сцене держаться. Умная игра. Чудесно у него вышла ария "Ой Галино, ой дивчино!".
Стольник — Донец. М. И. Донца хоть куда поставь — он Донец. Выйдет — и сразу видно, "с кем дело имеешь".
Де-Тессейр — София… Дано, что надо… И дано хорошо..
Януш — Любченко. Хорошо. Прекрасно звучал голос. Благородная осанка, свободное движение. Что Гальку погубил? Ничего не поделаешь, если паном его режиссер сделал…
И Идзинский, и Ткаченко на месте.
Эффектные декорации. Вот только в первом действии тот занавес немного портил. Надо его чем-нибудь заменить.
Так, спрашиваю, чего было бояться? Давно надо было поставить.
Хор — тоже справился.
Прекрасный спектакль!
1923–1924
НА СЕБЯ ГЛЯДЯ…
Председателю сельсовета с. Степановки, Гуляйпольского района на Запорожье, нужен был лес для ремонта сельского Совета.
Председатель взял и разобрал школу.
И отремонтировал сельсовет.
Сидит теперь в новенькой хате и икает.
Доволен.
То, мол, на всё село я сам был не очень умный, а теперь все дураками будут. Потому что школы не будет: негде ума набраться.
Подровнял, одним словом, население…
ХИТРОЕ ЧУДО
В Чернухинском районе (родина Сковороды) появился источник.
Батюшка местный Митро начал его освящать. Крестьяне за яйца, за полотно, за деньги… Чудо задобрить.
А райисполком за те же яйца, за то же полотно и за деньги. На детский дом! А батюшка тогда:
— Православные! Какое там к черту это чудо? Ерунда — не чудо! Идите себе домой! Это что-то так себе…
И правильно! Что это за чудо, раз на детский дом? Холера — не чудо!
ИНТЕРЕСЫ ДЛЯ ГОСУДАРСТВА
Японский жандарм Амакасу убил вожака японских рабочих Осуги Сакая.
Убил за то, что он рабочий. Убил за то, что он вожак.
Убил его жандарм. Кому же другому?
Японский суд судил Амакасу и приговорил к пятнадцати годам тюрьмы.
В приговоре отметил:
"Амакаса действовал во имя государственных интересов, но против конституции".
Убить рабочего — государственный интерес. Это понятно. Конституция, значит, против государственных интересов. Что-то после землетрясения у японских генералов и судей борозды в мозгу повыравнивались…
БОГОДУХОВСКАЯ ГОЛОВА
В Павловке, Богодуховского района, есть культпросветный драмкружок. Имущество у него было, и хранилось то имущество в школе.
Приехал в Павловку председатель Богодуховского райисполкома:
— Что это?
— Доски для сцены!
— Отдать на ремонт сельсовета! Это что?
— Портреты украинских писателей Франко, Драгоманова… А это декорации…
— Выбросить! Декорации отдайте сторожу! Повыбрасывали. Всё повыбрасывали.
Сторож теперь декорациями обгородил солому на току. Солома, значит, исполняет роль первого любовника. Вот такая в Богодухове голова.
А что, если бы кто сверху приехал в Богодухов да:
— А это кто?
— Председатель райисполкома.
— Выбросить! Обгородить этой "головой" полову.
СВИНЬЯ ИЗЮМСКАЯ
Мясо свинья ест!
В Изюме, в милиции, такая свинья завелась. И масло ест.
Не свинья, а прямо тебе гурман, дай ей РКИ всего хорошего.
Завхоз изюмской милиции пишет так: "Квартирмейстеру!
Отпустите тов. Радченко для кормления свиней 2 мешка кукурузы и 2 пуда муки, и 2 бутылки масла, и 10 фунтов мяса.
Завхоз Дрюнин".
А на этом резолюция:
"Тшу Гарковенко. Отпустить по документу. Казначей-квартирмейстер Горбасенко…"
Получил неграмотный |—(—((три креста). И всё…
Свинья благодарит завхоза.
Просила еще и вино присылать… Да коробку сигарок… — Поела бы, — говорит, — мясца, запила бы винцом да закурила бы сигарочку…
Так пришлите, пожалуйста. Только чтобы по документу…
"КРАСНЫЙ ДРЮК" Прекрасное слово, правда?
"Дрюк"! Душистое слово. Размашистое слово. Одним словом, не слово, а "радость неожиданная"…
И когда то слово, а лучше, если не само слово, а тот смысл, что в том слове есть, употреблять как следует и где следует, много чего путного сделать можно…
Елисаветская газета "Красный путь" целую статью поместила в номере от 18.XII 1923 года. И название той статьи хорошее.
"Побольше внимания к Красному дрюку" — она, та статья, называется.
Название очень, я же говорю, удачное, но содержание совсем неудачное. Оказывается, статья имеет в виду "Красную п е ч а т ь", прессу то есть, а не д р ю к.
Ну и само собой: конфуз…
Начинается статья так:
"Красный дрюк выполняет большую и ответственную задачу…"
А прочитав всю статью, выходит, что не выполняет "д р ю к" задачи…
Если бы он выполнял, и выполнял как следует, не печатал бы "Красный путь" таких статей, а выучил бы украинский язык и не смешил бы своих читателей, потому что читатели у него крестьяне, они на том языке говорят и, прочитав, скажут:
— Нужен дрюк! И хороший дрюк!
И правильно скажут.
"ВРАГИ ПРОСВЕЩЕНИЯ"
Как вам, к примеру, нравится такая афиша:
Ввиду появившихся разговоров среди масс, что пионер-факир Иама после продемонстрированного им опыта
РАСПЯТИЯ НА КРЕСТЕ
заболел от этого опыта, — то чтобы опровергнуть эти вредные слухи, распускаемые врагами просвещения или теми, кому выгодно суеверие народа, Иама сегодня повторит опыт распятия на кресте…
Вы думаете, где это такие афиши?
В Тульчине или на Голубовых хуторах?
В Киеве!..
Там, где Академия наук, ИНО, политехникум, медакадемия, высшие техникумы и т. д., и т. п.
Там, "чтобы опровергнуть", Иама на кресте распинается… Политпросвет, одним словом!
ДЕЛАЮ С ОСОБЫМ УДОВОЛЬСТВИЕМ
Получил письмо с просьбой, если мне "стишок нравится", поместить его в газете.
Помещаю с радостью, потому что очень нравится:
К МОЕЙ, К СОЖАЛЕНИЮ, ЗАМУЖНЕЙ "КОШЕЧКЕ" СЛАДЕНЬКОЙ
Люблю тебя, моя "Кошечка", за стан молоденький, За твое миленькое личико и шейку беленькую; За твои глазки карие, усточки маленькие,
За твой носик задорный и зубки меленькие.
А еще люблю мою "Кошку" за ее сердечко, За ее голос мелодичный и душу чистенькую.
Очень хороший и талантливый стих… Только маловат. Я не поэт, к сожалению, но, на мой взгляд, еще можно было бы его продолжить, потому что рифмы сами напрашиваются: "красненькие", "черненькие", "тоненькие", "дурненькие"…
А больше всего в этом стихотворении мне нравится то, что автор его "лектор профтехникума".
ВЕСЕЛАЯ БРАТИЯ
Просят — пропишите… Прописываю.
"На Пасху 27–28 апреля с. г. творилось у нас вот что: как разговлялись после заутрени, то дьяк нашей Прорубской церкви (Белопольского района на Сумщине), разговляясь, перебрал самогону и всю обедню моргал, улыбаясь на девушек из алтаря, за что они, выходя из церкви, отплевывались, потому что он рыжий и противный.
Спьяну поокадил не те иконы, что надо, и поп после него кадил ладаном заново. Один бас, певчий, заснул пьяный на клиросе, а дед пьяный на другом. Все разошлись, а певчего стащили с клироса, чтобы, бывало, не обблевал. На полу уже он и выспался вволю. Бабка Квашивна поминала родичей на кладбище, а оттуда ее выносили пьяной на руках. Это было на первый день. Второй день начался с поповской "благочестивой" проповеди. Дьякон с пономарем ходили по селу из хаты в хату и пели "Христос воскрес", потом тот дьякон напился пьяный вдрызг и начал петь не "Христос воскрес", а песню "Ой гиля, гусоньки, на став".
Что же, товарищи?! Ничем помочь не можем. Если бы у нас был дьяк чернявый — послали бы вам вместо рыжего.
А насчет "дьякона", который вместо "Воскрес" про "Гусей" запел, — хороший, значит, дьякон, веселый… Вы его в благочинные…
Носите и дальше им книши, яйца, деньги…
Хорошие люди… Божьи люди…