В африканских джунглях среди человекообразных обезьян наблюдается страшная паника.
Прекратились споры и бои между орангутангами и гориллами, связанные с дискуссией, кто из них — орангутанги или гориллы — высшая раса, и все человекообразные обезьяны решили объединиться перед страшной, общей для всех человекообразных обезьян опасностью.
В африканские джунгли поступили сведения из столицы США о том, что профессор физиологии в Виргинии д-р Бриттон в речи, которую он произнёс в Вашингтоне на ежегодном заседании Национальной академии наук США, призвал к созданию при помощи искусственного оплодотворения особой породы человекообразных обезьян, чтобы использовать их как рабочих-невольников, то есть рабов.
По мнению Бриттона, можно искусственно выращивать крупных человекообразных обезьян — таких, как орангутанг и горилла.
Таким образом, можно создать породу гибридов, образцы которой, обращённые в рабов, позволят решить проблему рабочих рук на тяжёлых работах в шахтах, сельском хозяйстве и других отраслях. Бриттон обратился к американским учёным с просьбой помочь ему осуществить эту огромную задачу. "Надо делать это быстро, — заявил он, — потому что на земном шаре осталось только около одного миллиона человекообразных обезьян".
Понятно, почему для Уолл-стрит, Сити и других правительств и учёных надо выдумывать и выращивать нового человека — невольника.
Нынешнее человечество решительно сбрасывает невольничьи кандалы, и недалёк уже тот час, когда эти кандалы окажутся на тех, кто их так щедро куёт. Потому-то и нужны новые рабы, бессловесные, покорные и сильные. Ведь одна только полиция США нуждается в "невольниках", которые могли бы выполнять её обязанности по отношению к "свободным" американцам.
А обязанности эти — ой какие разнообразные и физически тяжёлые!
"Изучая множество процессов, — пишет прогрессивный американский журналист Джордж Марион, — происходивших между 1920 и 1930 годами, комиссия Уикершема установила, что подозреваемых морили голодом, не давали им спать по многу дней и ночей, бросали в душные и тёмные камеры, избивали и мучили разными способами, чтобы добиться так называемого "добровольного признания вины". И всё это происходило в современной Америке между 1920 и 1930 годами, в пятнадцатое десятилетие конституции".
А что же теперь — в век атомных и водородных бомб, летающих крепостей, сверхдредноутов и сверхтанков? "Работа" теперь усовершенствовалась, увеличилась и потяжелела… Нынешний человек её уже не потянет, потому что, во-первых, он для этого малосилен, а во-вторых — и это самое главное — нынешний человек отказывается это делать, потому что он видит: "ex Oriente lux" ("свет с востока").
Вот почему бриттоны и разные другие бриттоноподобные ищут новых рабов-великанов, вот почему им понадобились искусственное оплодотворение и гибридизация человека с обезьяной.
* * *
Среди орангутангов и горилл — паника.
Жили себе обезьяны тихо, мирно, атомных и водородных бомб не выдумывали, атлантических и прочих пактов не подписывали, жили без всяких антикоммунистических истерик, жили себе и понемногу вырождались.
И нате вам — гибридизация с человеком!
Да если бы ещё с кем-нибудь путным гибридизировали, а то соединят тебя с Даллесом или Ачесоном — и тогда, вместо того чтобы сидеть в джунглях и чесать ногу, — мотайся по свету, ври, пенись, клевещи, устраивай наветы, заговоры, организовывай блоки, войны во Вьетнаме, в Индонезии, мятежи в Индии, размахивай разными страшными бомбами…
Разве это обезьянье дело?
Да и физически противно!
Четыре молодые гориллы и две орангутангихи не выдержали такого позора.
В предсмертных записках они писали:
— Лучше смерть, чем стыд и позор от уолл-стритовских производителей! Дорогие соотечественники и соотечественницы, вы боритесь, а мы не можем — мы очень нежные!
Паника продолжается. Ожидают, что ещё будут жертвы!
Вот что натворил великоразумный профессор Бриттон.