В тёмной чаще я её настиг.
Она, уже лежа среди душистых трав,
Упругими руками от меня отбивалась.
Наконец утихла — и дивное диво сталось:
Уста, что и меня, и весь мой род кляли,
Как алый цветок, ко мне протянули
Свой кубок, полный сладкой истомы.
Утомлённые бегом стройные и сильные ноги
Белели мрамором под немым месяцем, —
И тихим голосом, охрипшим и чудным,
Она промолвила: “Жестокий победитель!
Пасть в этом бою для меня всего дороже”.


