Ой жизнь, ты жизнь

Ой жизнь ты, жизнь! По какой ты дороге идёшь?
По каким непроходимым тропам блуждаешь?
Меж быстрых рек и глубоких оврагов,
Непроходимых, зловонных болот ты летаешь.
Кругом лесом тебя обступили враги,
Морем слов залили твою душу они,
И одиноко, как ворон, ты каркаешь,
Что ни правды, ни солнца не видишь...
Тут начальник лихой, и глупый, и старый,
Как собака, зубами скрежещет,
Кусок хлеба горький, трудовой, тяжёлый,
Да и тот отобрать у тебя он хочет.
Кругом лесом тебя обступили враги,
Морем слов залили твою душу они,
И одиноко, как ворон, ты каркаешь,
Что ни правды, ни света не видишь.
И навязывает он тебе свои мысли,
Ни на что в этом свете не нужные,
Чтобы, как ястреб лихой, и портил, и клевал
Всё самое лучшее, что есть между людьми.
Кругом . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Самые заветные думы, самые ясные святые надежды,
Самую дорогую веру моей весны,
И всё, что мне так любо и мило.
Чтобы принёс ему в жертву, глупому.
Кругом . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Как тот крепостной, без слёз, без единого слова даже
Склонялся чуть не до ног головою,
Слушал брань его омерзительную, глупую,
Когда кто-нибудь дома его рассердит.
Кругом . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Другие – люди такие, как ползучие змеи,
Тут прикинутся будто добрыми,
Плачут над твоим горем, так искренне обнимут
И, обнимая, жало вонзят.