В хате тихо, окна чёрные. Богоматерь едва освещена, и пряслице, её муж Семён, он, когда спит, всё ещё её любит. А возле него Мария и Василь. А возле неё колыбель с Юрком, самым младшим. Иконы на стенах и большая радость, что она любит и её любят.
В хате чисто, можно бы садиться к пряслицу. Он у меня сильный, я ещё буду иметь детей.
Сколько детей я ни рожу… он всех прокормит.
Должна их укрывать, любить и ради них работать.
Нитка длинная-придлинная, без конца, никто ещё нить не кончил, их нужно наряжать, а бог дал мне их любить. Хочу, чтобы мой муж чувствовал на своём теле все мои пальцы, все десять. А Марию надо одеть к Пасхе, а мальчишки всё порвут, потому что знают: мама снова пошьёт.
Муж спит, как камень, Мария уже раскрыта, а Юрко в колыбели возле неё в беспокойстве. Всех подоткнула и прилегла грудью возле Юрка.
И пряслице, и глаза, и нитка ровная и бесконечная.
А как я напряду на них, да выбелю полотно, как бумагу, да всё им вышию.
А потом из ворот за ними буду смотреть, за моим мужем и за моими детьми. Все они мои, когда идут по солнцу.
В полночь глаза слабеют, пальцы немеют, а нитку надо прясть дальше. И она своим молодым телом клонится к пряслицу.
Нельзя слабеть, они меня ждут, все те, что спят: свою нитку я доведу до конца.
Но пришла на помощь Богоматерь с икон.
Да не захотела долго помогать. В одну ночь пришла и сказала: "Больше тебе помогать не буду. Пойдём со мной".
Примечания:
Хороми – сени.
Шустка – десять крейцеров.
Кошниця – круглая кладовая для кукурузы.
Верена – рядно.
Цара – толпа.
Спрятати – собрать, сберечь.
Прихарити – приукрасить, прибрать.