Бодлер

В раю блаженных мук, где на тончайших стеблях
Растут и вьются зло-цветы причудливые, злые,
Похожие на очи женские и зверьи, —
В том адском рае и жила его душа.

Пугать буржуа, людоедом называться,
Что, мол, хотел бы он отведать малых деток;
Впиваться горьким, одиноким, тонким мёдом
Несбывшихся желаний и умерших идей, —

И видеть в вине бесстыдной таверны
Вино Причастия, единую кровь Христа…
Разве такая жизнь, чудовищна и странна,
Не зовётся: красота?